August 14th, 2013

Виктория Вуд. Голос

- Вставай и иди.

- Что?!
- Просто оторви от стула свое драгоценное седалище и тащи его куда укажу.
- Зачем?
- Тебе лучше не знать.
- У меня работа.
- Жить хочешь?
- Ну и...
- И чтобы род твой продолжался и множился?
- Допустим.
- Тогда бери жену со чадами и вали из Москвы к чертовой матери!
- Ты вообще кто?
- Я Голос! Понял?
- Нет.
- Ну и дурак.
- Сам такой, - обиженно засопел Петр. - Куда я пойду? У меня квартира трехкомнатная, нажитая непосильным трудом, работенка с неплохим заработком, начальство обласкало до соплей. Не хочу я никуда идти! - Петр закрыл глаза и представил, как Танюшка - красавица - встретит вечером нежными речами и котлетами из щуки. А в манеже забулькают слюнявы¬ми пузырями годовалые близне¬цы Санька и Манька. Александр, значит, и Мария - Петровичи. И вот на тебе - все бросай, хватай жену... как он там сказал? О! Со чадами! И вали. Куда?
- Ну что, надумал?
- Уйди!
- Не могу, я Голос, я вещаю.
- Так и будешь вещать?
- Очень правильно заметил.
- Не отстанешь?
- Не надейся.
- Гад ты!
- Что делать, работа такая, - Голос вздохнул. - Ты, Петр, давай не ломайся, чемоданчики пакуй и пошевеливайся! Времени почти не осталось. Я тут до тебя на одного упрямца в Петербурге много потратил. Упертый до жути! Любимая у него, видите ли...
- И что? Пусть с собой берет.
- Ее не положено! Нет такого указа. - Голос исчез, но ненадолго. Через час он явился вновь и теперь уже не оставлял Петра, бубня занудно и бесконечно: «Иди, иди, иди». Петр быстрыми шагами перемещался с места на место, прохлаждался в офисном кафетерии, подолгу сидел в туалете. Голос не отставал.
«Я сошел с ума», - думал Петр, натыкаясь взглядом на испуганные и любопытствующие взгляды сотрудников. К концу рабочего дня он дошел до ручки: выйдя из архива, сорвался и издал рев пойманного леопарда. Люд, на треть заполнивший коридор, ошеломленно замер. Воцарилась тишина.
- Смирись. Прими как есть, - сочувственно посоветовал Голос.
Придя домой, Петр поставил Татьяну перед фактом и велел собираться. Жена в слезы. Рыдая, спросила, а не позвонить ли Вениамину Константиновичу - знакомому психотерапевту.
- Я т-те позвоню! - Чуть ли не впервые в жизни Петр показал жене кулак - издалека. Татьяна, взвыв, закрылась в ванной.
- Ну что? Доволен? - спросил Петр в потолок. - Довел женщину до истерики.
- Что, не хочет?
- Естественно, уперлась, как кошка лапами. Но знай: я без нее не пойду. Сам понимаешь - люблю.
- Погоди, - обеспокоился Голос. - Дай-ка я с ней поговорю.

II
На следующий день Петр на работу не вышел - семья собирала вещи.
- Много не бери, - волновался Голос. - Только то, что скажу.
Перечень вещей оказался не совсем стандартным. Ну сахар, соль, спички - это понятно. Теплые вещи - тоже вполне логично. Еще Голос велел скупить весь активированный уголь в четырех соседних аптеках, пять лопат в хозяйственном, три ящика консервированной морской капусты в оптовом. И еще ящик семян элитных овощных культур - одна эта покупка потянула килограмм на сорок. Татьяна, не просыхая от слез, проорала, что без большого запаса детского питания и подгузников с места не двинется.
- Пусть берет, - разрешил голос - Эх, лопат маловато, надо бы еще с пяток!
- Да ты что?! - возмутился измученный Петр. - Я не знаю, как твою капусту переть буду.
- Ладно, ладно, без капусты тоже нельзя. Карандаши бери с бумагой, готовальню и все, что там у тебя есть. Много.
- Зачем?
- Ты не спрашивай, ты бери, кто здесь Голос?!
- Деньги, документы?
- Что же ты, Петр, совсем голову потерял? Конечно! Тебе билеты покупать придется до городища Курган, что на Тоболе.
- С тобой потеряешь, - огрызнулся Петр, сел на коробку с активированным углем и стал припоминать, где находится река Тобол. - Это что же - Урал?
- Урал, Урал. Шевелись, не стой как столб хе-хе... соляной, времечко поджимает.
- Боже-е...
- И не поминай имени ЕГО всуе!

III
Они вышли в аэропорту города Кургана, погрузили часть багажа на две алюминиевые тележки, купленные в спешке в Москве - перед посадкой в самолет. Лишь по прилете оказалось, что с тележками Петр не рассчитал: дурацкие коробки с углем и один ящик с капустой не помещались. Петр попинал их чуток - слегка - и беспомощно опустил руки.
- Я боюсь, - сказал он, оглядываясь на бледную Танюшку и сосредоточенных близнецов.
- Это хорошо, - успокоил Голос. - Страх есть путь к выживанию, ибо боящийся - осторожен. Храбрецы умирают молодыми, а этого нам не надобно.
- И что теперь? - Петру совсем не стало легче, а даже, наоборот, на минуту захотелось стать... храбрецом.
- Теперь на железнодорожный вокзал, - невозмутимо ответил Голос.
- Боже-е...
- Иди еще топоров прикупи, - посоветовал Голос.
- Да ты, друг, совсем... У меня только две руки! И я не Шварценеггер!
- А ты попроси помочь. Видишь, вьюнош стоит, озирается, у него рюкзак и чемоданчик поменьше - одна рука свободна. Проси его!
Петр попросил. Как ни странно, но Коля - так звали молодого человека - быстро проникся сочувствием. Вдвоем они раздобыли еще одну тележку - не такую красивую, как московская, но тоже ничего - и погрузили на нее остаточный груз. Колин чемодан улегся сверху.
Удивительно, но бесценный Коля оказался попутчиком до вокзала, потом он взял билет на тот же поезд, а в довершение оказался соседом по купе. Петр насторожился совпадению, издалека завел разговор про чудеса, голоса и прочее. Через пару часов пути, после осторожных намеков на некоторые обстоятельства, выяснилось, что Коля тоже того... слышит. Стало до слез жалко парня - оторвали от мамки с папкой, погнали неведомо куда, а у него, может, и девушка есть.
- Есть, - подтвердил Коля. - То есть была. - Юноша, подозрительно часто моргая, отвел глаза. - А вы кто по профессии? - поинтересовался вежливо.
- Я, Николай, инженер по подземным коммуникациям, а жена у меня лингвист-переводчик.
- А я из Питера, на пятом курсе медицинского... был. - Коля опять заморгал. - Книги везу, инструменты велели взять, еще просили уголь активированный, а я долго не решался, надумал в последний момент, вот и не успел купить...
Дабы не видеть его мучений, Петр вышел в коридор.
«Ну-у, дела-а», - подумал он. Размышляя о чудном повороте в своей судьбе и тихо радуясь, что если это помешательство, то коллективное, он приглядывался к лицам людей в вагоне и вдруг понял: примерно половина из них растерянны, а в глазах застыло отчаяние.
- Они тоже? - удивился Петр.
- Ага, - радостно отозвался Голос. - Я молодец! Кажись, успеваем, Петька!
- Что ж ты делаешь, гад?! Ведь у нас дома были близкие!
- Не суди. - Голос старался быть миролюбивым. - Пути ЕГО неисповедимы. Ты лучше пошли жену в соседний вагон, там у меня немцы с англичанами. По-русски ни бельмеса, «крыша» на последней стадии перед сдвигом, пусть пригреет.

IV
Поезд уносил людей в неведомые дали. Дорога заняла аж пять дней. Скоро стерлись последние следы цивилизации, и европейцы, пригретые Танюшей, наконец-то увидели из окна вагона первого русского медведя. Зверь - худой и облезлый - сидел на пригорке и мечтательно чесал когтями ухо. Нужная им станция оптимизма не внушила: две бревенчатые избы, от которых в глубь соснового леса вела накатанная телегами колея.
- Куда теперь? - поинтересовался Петр у Голоса от лица тридцати взрослых и двадцати одного ребенка.
- А вот - по колее. Где надобно свернуть будет - подскажу. Не переживай, скоро придем.
Это «скоро» растянулось на бесконечные две недели целеустремленного блуждания пешком по безлюдной пересеченной местности. Удивительно, но за время пути никто не заболел, не травмировался и не потерялся. Полтора десятка человек сбросили избыточный вес - вот и все. На пятый день они наткнулись на две японские семьи с детками, бабушками и дедушками. Голос сообщил, что они тоже его подопечные. Японцы, счастливые до невменяемости, влились в их постройневшие интернациональные ряды. На десятый день, горестно мемекая и звеня колокольцами, на отряд выскочила небольшая отара овец.
- Пошли вон! - орал на них Коля, но овцы не послушались, увязались следом, почему-то именно за студентом медицинского. - Откуда здесь овцы? - вопрошал он, распихивая ногами копытных. - Это же лес, они в лесах не водятся!
Откуда в лесу отара, выяснилось на следующий день. В полдень из-за кустов к овцам, как к родным, кинулись две здоровенные овчарки, взволнованно полаяли для приличия и пристроились рядом. Следом за собаками из тех же кустов вышла пара юных стесняющихся монголов.
- Ну вот, - подвел итог Голос. - Кажется, все.
Еще через три дня, когда казалось, что их надули и конца пути просто нет, колонна измученных путешественников выползла на обширную равнину у южной части подошвы хребта Уралтау. Их встретил веселый палаточный город и разноязычный гомон людей, занятых делами. Из ближайшей палатки к ним шагнул смешной огненно-рыжий дядька, путаясь в килте.
- О-о-о, здраиству-у! - завопил он. - Я приветствовать! Я есть Вадим рашен!
- Кто вы есть? - устало переспросил Петр, выпутывая сопящего Саньку из лямок и застежек «кенгуру» на груди.
- Вадим по-руске. - Рыжий кинулся помогать. - Би-о-лок. Семен-ки как это... еще принесло?
Петр огляделся и, понимая, что это и есть конечный пункт, спросил:
- Что здесь?
- Жить! - радостно закивал Вадим. - Это есть дочь. - Вадим, как фокусник кролика, вытянул из-за спины очень и очень впечатляющую девушку. Девица густо покраснела и почему-то нашла глазами Колю.
- Вот и ладушки, - обрадовался Голос.

Эпилог
- Ну, всех собрал?
- Всех, всех - не сомневайтесь. Вот, по вашему высочайшему списочку.
- Хорошо, тогда начнем, пожалуй. Давно я этим не занимался. Подзабыл. Дай-ка свиточек. Да не перепутай, на нем печать приметная с оглавлением «Конец света».

ОБ ИЛЛЮЗИЯХ СРАВНЕНИЙ «ДУХОВНОСТИ» В ОТНОШЕНИЯХ.

ВОПРОС: а может ли быть так, что, будучи уже замужем, ты находишься не с Близнецовым Пламенем? Судя по всему вышенаписанному, Мужчина БП учит, а женщина — вдохновляет. А если женщина развивается быстрее и чувствуется, что она выше на уровне и ей все тяжелее быть с тем, кого она все равно любит, то как назвать такие отношения?


ОТВЕТ: отвечу не на весь вопрос, на часть. Но это не информация, а собственное видение, мнение. И приглашаю для обсуждений друзей, если возникнет желание Души!

Подумайте, а кто определяет степень высоты духовности для вас?

Только ответьте честно: вы сами, окружающие?

А кто определяет высоту духовности вашего мужчины?

Скажите, может он и является стимулом для ваших поисков себя?

Может быть, он своим примером показывает, что его Путь — это его Путь, его развитие специфично и уникально и не стоит брать пример?

По всей видимости, именно ваш мужчина и является вашим гуру, учителем.

Потому как вы делаете выводы, ссылаясь на него, вы опираетесь на степень его развития, которую определили и оценили сами.

И это может быть и БП, и родственная Душа.

Наши близкие иногда нашему эго кажутся неразвитыми, не такими духовными, «как хотелось бы в идеале».

Но приходят моменты, и вся наша иллюзорная «духовность» может растаять как дым, когда мы сталкиваемся с кармическими уроками.

И перед нами выбор: обвинить в неразвитости близкого и отвернуться от урока либо показать, дать ближним почувствовать, что духовность — это принятие, это любовь, это мудрость и т.д.

А если этого нет, то о какой духовности и более высокой развитости может идти речь?

Духовный человек, в первую очередь, видит себя и уроки для себя.

Ближнего же он благодарит за возможность увидеть и познать свои теневые стороны и очиститься от субъективности.

Недаром есть поговорка: «Нечего на зеркало пенять…»

Поэтому стоит стать безжалостными со своим «я», но любящими одновременно всё и всех!
http://rdlove.ru/2012/02/ob-illyuziyah-sravneniy-duhovnosti-v-otnosheniyah/

Близнецовые Пламена...
В безкрайнем океане Абсолюта...
Скажи мне наши имена!...
-Душа Любви и Дух Приюта!

Прошу опять – переписать
На небе книгу бытия
И нас сюда не отправлять
Как на заклание – врага
И почему? Неясно мне…
Мы половинками судьбы
Поделены – разделены
На части Родственной души
Подарок родственной души
Увижу ль я, а может нет
Блестят, искрятся и горят
Зеленых глаз – наш Свет Души…

(no subject)

Я мог предвидеть ту беду,
Вернуть бы время вспять,
К тебе, на исповедь, иду,
Что б заново начать.
Я мог предвидеть те слова,
В которых носит боль,
Ведь столько раз была права,
Но лишь играли роль.
Я мог легко тебя сберечь,
Скупой, вдвойне, всегда,
Мне нужно было боль извлечь,
Как ты мою, тогда.
Я мог с тобой не быть таким,
Послать себя к чертям,
Гордыню пнуть к ногам твоим,
Рвануть ее по швам.
Я мог……