November 18th, 2013

Роберт Монро. Окончательное путешествие. Отрывки.

В голове у меня немедленно созрел новый вопрос, связанный, главным образом, с моим собственным физическим существованием "Здесь". Я спросил Разумника, может ли он познакомить меня с нефизическим и нечеловеческим разумом, с которым я мог бы без труда вступить в общение. К моему удивлению, Разумник тут же предложил отправиться в путь, и мы двинулись сквозь темноту. Казалось, уже через миг мы перенеслись в усыпанное звездами пространство. Прямо под нами была планета, в которой я узнал Луну, а вдалеке виднелся огромный бело-голубой шар, покрытый сеточкой мраморных прожилок — наша Земля.
Я огляделся по сторонам. И где же обещанный сверхнечеловеческий разум? Прочитав мои мысли, Разумник посоветовал смотреть выше, чуть в сторону.
Я был потрясен: в каких-то шести метрах надо мной висел огромный, круглый и сплюснутый объект, растянувшийся на несколько километров, — типичная "летающая тарелка", хотя ее размеры в тысячи раз превышали те, о каких говорят очевидцы.
Она была невероятно большой — но, стоило мне подумать об этом, мгновенно сжалась до такой степени, что теперь ее поперечник не превышал шестидесяти метров.
Затем в днище "тарелки" распахнулась дверца... и в ней показалась фигура...
человеческая!.. совершенно обычный человек вышел прямо в космос и пошел — да, пошел ко мне. Я узнал его, едва он приблизился. Невысокий, толстенький и круглолицый, в какой-то потрепанной, но претендующей на элегантность одежде и высокой серой шляпе... красный нос картошкой, хитрющая улыбка — он был точной копией звезды множества комедий, которые я с удовольствием смотрел еще в молодости. Передо мной был сам У.К. Филдз*.
----------------
* Уильям Клод Филдз (1880-1946 гг.), американский комик, эстрадный артист и киноактер. — Прим. перев.
---------------------------
Эта копия подделка, голограмма говорила голосом Филдза, с теми же интонациями и примечательными повторами. Он пригласил меня на борт и проводил в большую комнату с куполообразным потолком. Стены помещения были покрыты портретами всех известных мне комиков, а также множества незнакомых лиц; кроме того, всюду были шутки, анекдоты и сценки из мультфильмов. Инопланетянин назвал все это своим "грузом".
В голове тут же вспыхнул вопрос — Груз? В каком смысле? Кстати, можете отбросить эту внешность, я смогу принять вас и таким, какой вы есть.
— Не сомневаюсь, мой друг, не сомневаюсь... Но, если не возражаешь, я останусь в таком виде. Так мне легче мыслить по-человечески. А может, ты хотел бы увидеть кого-то другого? Скажем, Ворчуна Маркса*?
----------------
* Один из четверых братьев Маркс, американских комиков. — Прим. перев.
-------------------------
— Нет, нет. Оставайтесь таким. Скажите, что вы делаете здесь, рядом с Землей?
— Мальчик мой, я экспортер.
— Понимаю. И что необходимое, за исключением этого корабля, вы нам поставляете?
— Должно быть, я неверно выразился. Я экспортирую отсюда, а не сюда, друг мой.
— Не представляю, что ценного можно найти на Земле? У меня нет сомнений в том, что вы далеко опережаете нас по технологии. Вы владеете мысленным общением.
Неужели у нас можно найти что-то такое, чего у вас нет?
Он почесал нос: — Да уж, сэр, в это трудно поверить, но да, сэр, у вас тут есть кое-что...
трудно представить, насколько это нужно, если у тебя на родине этого вовсе нет.
— Вовсе нет чего?
— О, я собираю его долгие годы. Когда-то это была редчайшая штука, но сейчас, к счастью, становится все больше и больше.
— Так скажите, что это!
— Временами для того, чтобы понять цивилизацию, приходится узнать о ней все. Вот в чем проблема...
— Я по-прежнему не...
— У вас, людей, это есть. Кое-что очень редкое и ценное, оно почти не встречаешься среди прочих разумных видов... того, что ты называешь материальной вселенной. Да и в других местах тоже. Очень редкое и ценное, сэр, вот что я скажу. А я специалист. Что, до сих пор не понимаешь? Позволь мне пояснить...
— Сделайте одолжение!
— Это встречается один раз на миллион — и у вас, людей, оно есть! Чувство юмора!
Шутки! Смех! Лучшее тонизирующее средство для перегруженного ума! Безотказно снимает напряжение и нагрузку!
— Что? Так вы прилетаете к нам в поисках новых и свежих шуток?..
— Именно! Вы, люди, уже давно привлекли внимание поставщиков, хотя о нас и сложилось неверное впечатление. Подумать только, теперь вы даже шутите на тему НЛО! Но мы хотим только одного: смотреть и слушать. Ну, разве что самим немного пошутить — просто чтобы поддержать форму. А теперь, если вы позволите, сэр, я отправлюсь дальше.
Я внезапно оказался снаружи, а "тарелка" уже уменьшалась, скрываясь в космических просторах.

Роберт Монро. Окончательное путешествие. Отрывки.

Я настроился на своего друга Разумника, который ждал меня неподалеку. Теперь я знал, что у людей есть по меньшей мере одна отличительная особенность,
— Ты молодец. Однако мне кажется, что тебя беспокоит несколько иной вопрос.
Какое-то сокровенное желание, которое ты не решаешься высказать.
— Да. Я хочу кое-кого навестить... Вы понимаете, о ком я?
— Самого зрелого, развитого человека на Земле, который живет в одном времени с тобой?
— Совершенно верно. Это возможно?
— Да, но результат может отличаться от ожидаемого.
— Мне все равно хочется попробовать.
— Я провожу.

Я двинулся за исчезающим вдали светящимся вихрем. долгое время мы двигались во тьме, а потом я вдруг оказался в комнате — обычной комнате, скромно обставленной парой стульев и столом. Через два больших окна комнату озаряли солнечные лучи;
мне показалось, что за окнами виднеются высокие деревья. Этот дом мог находиться где угодно.
За письменным столом в углу комнаты сидел какой-то человек. Я не мог сказать, мужчина это или женщина, не мог даже различить черты лица и особенности телосложения, Лицо едва очерчивалось, волосы были светло-каштановыми и опускались чуть ниже ушей, Что касается возраста, то я смог оценить его только промежутком от тридцати до пятидесяти лет. Одежда была простая: светлая рубашка, темные брюки.
Что меня поразило, так это исходящее от человека излучение. Мне показалось, что все вокруг озарено ярким весенним солнцем и этот свет содержит в себе все без исключения человеческие чувства. Свечение было почти нестерпимым, но в то же время знакомым. Энергия была очень уравновешенной: вот существо кажется мужчиной, но в следующий миг я уже готов поклясться, что это женщина. Подлинное равенство: и Он, и Она. Оно!
Излучение прекратилось. Оно, — я буду называть его так, — подняло глаза. Они были бездонными. Я не смог различить никакого выраженного, выделяющегося чувства. Этот человек в совершенстве владел собой, хотя я не мог понять причин такой сдержанности.
Его губы не двигались, но я услышал, — и это меня ничуть не удивило. Слова сопровождались сердечной усмешкой. — Оно? Так меня еще никто не называл.
— Я не хотел вас обидеть. Просто не знаю, как вас зовут.
— Одно имя ничуть не хуже другого. Итак, ты полагаешь, что я смогу тебе чем-то помочь?
— Да, я надеялся на это.
— Что именно я могу сделать?
— Ответить на несколько вопросов...
— И какую пользу принесут тебе мои ответы?
— Я... я не знаю...
— Ты всегда настаиваешь на том, чтобы остальные сами находили свои ответы.
Почему же решил, что с тобой должно быть иначе?
Теперь я понял. И почувствовал себя так, будто меня поймали на мошенничестве.
— Вы правы... На самом деле меня интересуете вы сами, а не ответы на вопросы.
— Я — просто один из множества других. Один из миллионов. Твоему другу пришлось потрудиться, чтобы отыскать меня.
— Я чувствую, что вы с Запада, хотя никто на Земле не верит в ваше существование. Но... ведь мы уже встречались?.. всего один раз... так?
— Заметил? Ты сам отвечаешь на свои вопросы.
— Однако... вы прожили только одну физическую жизнь. Не проходили перерождений.
Но... откуда я все это знаю?
— Ты читаешь мои мысли.
— Только частично — и, подозреваю, только то, что вы позволяете прочесть. Одна жизнь — без перерыва, целых восемнадцать столетий! Как вам удается... оставаться молодым?
— Я постоянно меняю работу. Это сохранит молодость кому угодно. Тебя устраивает такой ответ?
— Замечательный ответ! Я очень рад, что мы встретились. И чем вы занимаетесь сейчас... какой работой?
— Считай меня организатором или советчиком, как будет угодно.
— Судя по вашим способностям, у вас тут много дел.
— Да, забот немало.
— Что? Нет, не могу прочесть... вы — водитель "скорой помощи", хозяин ночного бара, консультант-психиатр, а теперь... теперь преподаете историю в университете. И многое, многое другое!
— Я люблю быть среди людей.
— Постойте... когда-то вы водили самолеты... на ХаррисХилл... Да, теперь я припоминаю. Вот где мы встречались!
— Просто решил поразвлечься.
— А где вы едите и спите?
— С этим я покончил уже много лет назад.
— Должно быть, ваши лекции по истории будут захватывающими!
— Я стараюсь удивлять и запутывать... сталкивать с противоречиями.
— Ваша следующая работа... какой она будет?
— Разумеется, организационной. Как и ты, я буду заниматься Переменными Величинами. Твои книги, распространяемые тобой обучающие программы, — все они обогащают Переменными Величинами жизнь каждого человека, который с ними сталкивается. А теперь, вместо того чтобы задавать вопросы, ознакомься лучше с тем, что требует упорядочивания и в каких целях. Я могу передать тебе ПОСЫЛ об этом, — о плане, который никак не связан с коммунизмом или социализмом, капитализмом или диктатурой.
— Говорят, без этих общественных систем нельзя обойтись.
— Именно поэтому цель оправдывает затраченные силы. Необходимы объединенные, всемирные человеческие усилия. И люди будут объединяться не по религии, не по расовой принадлежности или политическим взглядам, не под угрозой оружия, а благодаря пониманию необходимости объединения.
— Необходимость — тоже довольно суровое условие. Для этого планете нужно оказаться в угрожающем положении.
— В этом причина ожидания. Но подходящее время наступит.
— Однако людям еще никогда не удавалось достичь согласия во всемирных масштабах.
Я ощутил неожиданный всплеск энергии, похожий на тот, какой почувствовал раньше.
Когда излучение ослабело, я понял, что уже получил ПОСЫЛ и смогу просмотреть его в удобное время. Однако у меня был еще один вопрос.
— Быть может, у вас найдется свободная минутка и для того, чтобы упорядочить энергию в нашем Институте? Нам это очень нужно.
— На самом деле вам это не так уж нужно, но я постараюсь.
— Вы будете в материальном теле?
— Разумеется. Но вы меня не узнаете.
— Вы ведь знаете, что теперь я буду внимательным.
— Конечно, Ашанин. И я подготовлюсь к этому, Ты не сможешь узнать меня, если я сам того не захочу. Прости, но мне уже пора в университет.
— Большое спасибо. Как скоро мы встретимся?
— Не очень скоро.
Оно, Организатор, развернулся и ушел не оглядываясь. Я поискал своего друга Разумника, но не смог уловить никаких признаков его излучения. Я понял, что мне пора возвращаться в материальное тело, и сделал это без особых затруднений. Я сел, размял руки и вдруг сообразил, что получил важную подсказку. Организатор назвал меня Ашанин. Что это было — хитроумный прием, уводящий в ложном направлении, или просто шутка?
С тех пор я очень внимательно всматриваюсь в каждого незнакомца, который появляется в нашем Институте. Быть может, мне все-таки удастся выиграть пари?

Роберт Монро. Окончательное путешествие. Отрывки.

После этих событий я понял, что мне больше, чем когда-либо, нужны четкие и достоверные сведения. Несколько дней спустя я снова сосредоточился на месте встречи с Разумником и воспользовался привычной методикой. Когда я переместился туда, светящаяся фигура была неподвижной, но я ощутил ее знакомое и уже приятное излучение, которое было таким нестерпимым при первой встрече. Мне вспомнилось, какое благоговение я тогда испытал, как мне хотелось рухнуть к его ногам.

— Но этого не случилось. Мы просто пожали друг другу руки.
— Да, верно. Я просто не знал, что мне делать;
— Теперь, после процесса настройки, все в порядке. Тебе уже не требуется согласование вибраций. Ты ясно понимаешь меня, а твое собственное мышление вполне отчетливо.
— И теперь я уже не съеживаюсь от вашего яркого свечения.
— Вот это довольно занятно. Я не заметил изменений в твоем излучении.
— Телепатия... то, что вы читаете мои мысли. К этому пришлось привыкнуть.
— Ты тоже читаешь мои мысли.
— Тогда вы, должно быть, заметили, как меня беспокоят перемены в нашем мире.
— Разумеется. Однако это... можно сказать, не в нашем ведении.
— К кому же мне обратиться с вопросом об этих событиях? Мой разум требует если не понимания, то хотя бы пояснений.
— Ты уже начал сам находить ответы на свои вопросы. Это нелегко, но приносит огромную пользу.
— Я не сомневаюсь, что вы знаете об этом намного больше, чем рассказываете. И по какой-то причине не хотите говорить мне больше. Почему? — Причина действительно есть. Говоря на твоем языке, все, что мы рассказываем, будет для тебя только представлением. Однако очень важно, чтобы ты твердо понимал, что ищешь. Мы не в силах принести тебе такое понимание.
— Вы имеете в виду, что мне нужно самому пережить это, понять на личном опыте?
— Именно так.
— Но у вас есть знания обо всем, с чем я сталкиваюсь - и что встречу в будущем?
— В определенных границах. У нас нет сведений о том, что за этой чертой. Скоро ты сам поймешь причины этого.
— Я полагал, что вам известно абсолютно все. Значит, я ошибался.
— Твой путь меняется, потому что ты начал искать иные знания. Вскоре ты двинешься в новом направлении. После этого мы уже не сможем встречаться.
— Что? Что вы имеете в виду?
— То, что твое желание может исполниться только в иных условиях. И ты уже хорошо подготовлен к ним.
— Но... не понимаю... Я сделал что-то не так?.. неправильно?
— Совсем наоборот. Ты сам говорил, что старые пальто и перчатки тебе уже не подходят.
— Вы имеете в виду, что я перерос даже вас? Но это невозможно!
— Мы всегда будем с тобой, как и прежде. Ты просто сменишь направление развития, и в нашем общении уже не будет нужды.
— Сменю направление? Но я даже не представляю, что это значит!
— Это уже случилось. Ты совершенно самостоятельно вернулся из того места, которое называешь своей Родиной. Ты многому научился, когда сменил направление и добился такой перемены. И ты вспомнил. Ты уже давно этим пользуешься.
— Вы имеете в виду... этот способ перемещения и возвращения в материальное тело?
Похожий на замедленное движение? То, что я называю переключением?
— Да. Но не только это. Кроме того, существует одна Основа, — ты назвал бы это "фундаментальным знанием", — которую тебе еще предстоит открыть и понять. Мы желаем тебе удачи в поисках.
— Но... мы когда-нибудь встретимся?
— Да. Но уже не здесь. Не так, как раньше.
— Я... я даже не знаю, что сказать... мысли разбегаются...
— Не нужно ничего говорить.

Ослепительное сияние померкло. Целую вечность я оставался один в этой непроглядной тьме и чего-то ждал, а потом грустный и сбитый с толку, решил вернуться.
Горечь разлуки была нестерпимой. Что представляет собой эта неизвестная Основа?
Что такое новое направление? Однако чувство одиночества было таким сильным, что я не мог сосредоточиться на этих мыслях.